РЫЦАРЬ КАЗАНОВА И СВЕТ ЗОЛОТА. роман. приключения. ГЛАВА 18.

ГЛАВА 18 ТЕРРИТОРИЯ ТАЙНЫ. - Они нас видели, а мы их нет, - загробным голосом произнёс Ботаник, обращаясь к своему напарнику. Они сидели на кухне их съёмной квартиры. Рабочие костюмы были всё ещё на них, а кладоискательский инструмент валялся тут же, грудой в углу. - Видели – не видели, - передразнил его Крыс. - Держу пари, что это тот пионер на колёсах их навёл туда. - Даже если это и так, что это нам даст? – спросил Ботаник. - Это нам даст… - Крыс снял бейсболку и потёр лысину, украшенную синяком. - Он, конечно, малый не дурак, раз додумался до этого … - Надо было нам днём продолжать, а не на ночь откладывать, - сокрушался Ботаник. - Тогда, быть может, уже докопались бы … - Докопаться одно, - сказал Крыс задумчиво, - а вот ещё найти, это уже другое дело. Кто знает, насколько велик этот подземный ход. - А если там нет ничего? Тогда и пусть роются, а? – спросил Ботаник. - Должно что-то быть, - уверенно сказал Загадин. - Сколько ты их там заметил? - Я? – молодой напарник удивлённо посмотрел на своего предводителя. - Нас же ослепило, что можно было там увидеть!? - Я так и знал, - спокойно сказал Крыс. - Олух! Четверо их там было! Перед тем, как они включили свой этот фонарь, я успел их пересчитать. А может и пять, если учесть того, что шёл к ним с улицы. - Думаете, коллега, там кто-нибудь с опытом? - Это вряд ли, - осклабился Крыс, - наверняка всё такая же молодёжь. Решили поразвлечься. Если даже и найдут вход в подземелье, то клад-то не найдут. - А если найдут? – спросил Ботаник. - Да, такой вариант тоже нельзя упускать. Да и наследить могут, если провозятся слишком долго. Внимание привлекут. - Может их припугнуть? – спросил воинственно Ботаник. - С тобой-то? – Крыс пренебрежительно усмехнулся. - Тебя же щелчком перешибить можно! Хотя некоторая логика есть в твоих словах. Пока, вот только, пугать их не стоит. А понаблюдать за ними можно. Узнать, кто такие, выяснить слабые места. - Как нам это сделать? - Сами мы это не будем делать. В этом городе есть человек, которого мне посоветовали в определённых кругах. Он этим и займётся. За определённый процент. - Много отдать надо будет? – спросил Ботаник. - Может половину. Но человек серьёзный. – Крыс потёр синяк. - Опасный, наверное, – испугался Ботаник. - Говорят, промышляет героином. - Может не надо, а? – ещё больше испугался Данила. - Не бойся, бороду тебе не выщиплет, - сказал Загадин. - И потом, лучше получить половину, чем ничего. А там, кто знает, может и сможем надуть бандита на стоимости археологических ценностей. А человек этот влиятельный здесь, бизнесмен. А нам опасаться нечего, у меня хорошие рекомендации. Загадин потянулся к мобильному телефону. * * * Родион на моторной лодке плыл по морю. Низкая волна шелестела по бортам. Сзади остался берег, очертания которого терялись в лёгком тумане. В предрассветном полумраке впереди виднелась красивая яхта. Орлов вдыхал влажный морской воздух, но это не доставляло ему удовольствия. Что-то мешало ему получать радость от этого плавания. Да и в лодке-то он был один. Ни Светы, ни друзей. Вот, в сотне метров от яхты, он заглушил мотор и поднял со дна лодки вёсла. Вставил их в уключины и стал осторожно грести, стараясь не издавать шума. Большой клок тумана на миг скрыл от него яхту, но уже через несколько секунд она опять показалась, сияя белизной. “Слишком белая”, - подумал Родион и стал тормозить вёслами. Потом их убрал и выставил руки за борт, чтобы смягчить удар лодки о борт яхты. Пришвартовался. Поднял со дна лодки два баллончика с краской. Чёрный и белый. “Вначале белый”, - сказал он себе и стал распылять белую краску на первые буквы названия яхты. “Отлично, - через пару минут сказал он себе и потрогал пальцем покрашенную поверхность, - пока липнет, но ждать нельзя!” Он стал аккуратно распылять чёрную краску. Орлов так увлёкся, что встал в полный рост и не заметил, как лодка медленно, сантиметр за сантиметром, отплывает от яхты. Наклоняясь, всё больше и больше к своим художествам, он, наконец, потерял равновесие и грохнулся в метровый просвет между лодкой и яхтой. “Шуму-то поднял!” - подумал он, выныривая из прохладной воды. Вынырнув и выпустив изо рта струю воды, он воззрился на свои художества. “Сделано”, - удовлетворённо решил он и стал залезать в лодку. По лицу текли струи воды. Во рту было солёно. - Кто там?! – раздался недовольный голос сверху. - Крыса! – ответил другой. - Ату её, ату! – крикнул первый. Рядом раздался удар. “Вот, чёрт”! – подумал Родион и задёргался, чтобы быстрее оказаться в лодке и убраться отсюда. Кто-то схватил его за плечи и перевернул. - Он же сам говорил, что у него морда стальная, гляди – никаких следов, - сказал Лёхин голос. Родион открыл глаза. Пётр поливал его минералкой. - О, очнулся! – сказал Миха. - Воды, - сказал Родион. - Сядь вначале, - сказал Пётр и подал ему руку. Родион взял Петра за руку и зачем-то посмотрел налево. Прямо перед носом, в ярком свете Серёгиной фары, он увидел раскрытую крысиную пасть и остекленевшие глаза. - Мама! – крикнул Родион и рывком уселся, собираясь вскочить. - Успокойся! – сказал Палкин. - Это не целая крыса, а только половина. Родион посмотрел туда, где только что увидел крысиную морду. И правда, там было только полкрысы. Вторая её половина валялась поодаль, отрубленная лопатой. Орлову, в ужасе от увиденного глотающему воздух, историк подал бутылку с минералкой. Родион глотнул. - Солёная, - сказал Орлов. - А ты думал! – сказал Миха. - Интересно, - пробормотал Родион. - Я до утра доживу сегодня, или нет? - Куда же ты денешься, поганка! – усмехнулся Серёга. - Да уж, мухомор, только ты мне ещё в морду не дал, – сказал Орлов. - И я, - сказал Кожемяка. - Да уж, - сказал Орлов. - Мне снилось, что я тону в море. А тут вода солёная. Все засмеялись. - Ну, ты даёшь, поганка! – сказал Миша. - Молчи, сморчок! – огрызнулся Родион. - Ну, смотрю, у вас тут трогательное взаимопонимание, - со смехом сказал Лёха, - так что я наверх схожу. Жене надо позвонить. Объяснить, что у меня задание государственной важности, а то утром оторвёт мне все конечности. Заодно взгляну, как там ваши, нет, теперь наши, конкуренты. Через пять минут вернусь. А вы пока ищите. Дайте один фонарь. * * * Мама Родиона лежала в постели и щёлкала пультом телевизора. Сон не шёл. Портос, которого она гладила несколько минут назад, ушёл на кухню. “Наверняка, ни одной мышки не поймает, - сокрушалась мама. - И зачем только Родион его принёс? И муж кошек не любит… Не знаю, усну ли теперь. Страшно. Мыши пешком по дому ходят…” Мысли одна мрачнее другой, теснились в её мозгу, не давая расслабиться. Тут она, на одном из каналов, нашла старую мелодраму и стала смотреть. Через несколько минут хитросплетения сюжета так захватили её, что она забыла, и про кота, и про мышей. А ещё через несколько минут её глаза и вовсе стали слипаться. Прошло ещё две минуты, и мама захрапела, забыв обо всём на свете. На экране герой обещал достать для героини луну с неба. Но Елене Ивановне не удалось проспать долго, потому что с кухни раздался грохот. Что-то падало и звенело. - Ай! – в ужасе проснувшаяся мама, уселась на кровати. Работал телевизор. Шёл старый фильм. С кухни не доносилось ни звука. - Может, показалось? – пробормотала мама. Она напялила тапки и пошла посмотреть. Включила свет и увидела две, лежащие на полу кастрюли. Кота нигде не было видно. - Вот безобразие! – сказала мама, подняла с полу кастрюли и поставила в раковину. Тут из-за холодильника появился кот. Он гордо вышагивал, подняв хвост трубой. В зубах он держал мышь. - Ох! – сказала Елена Ивановна. - Вот какой молодец! Она наклонилась и погладила Портоса. - Мур-р-р! – сквозь зубы сказал кот. Он положил мышь на пол посреди кухни. Она дёрнулась и бросилась бежать. Кот лапой поймал её и притянул к себе. - Ладно, - сказала мама, - молодец котик. Играй тут с мышкой, а я пойду спать. Потом не забудь её съесть и поймать следующую. Она пошла в комнату, уселась на кровать и стала досматривать фильм. Через некоторое время кот притащил мышь в комнату. Он стал гонять полудохлого грызуна по полу. Еле живая мышь всё равно пыталась удрать. - Портос, имей совесть, - сказала Елена Ивановна, - съешь её, не мучай! Кот, прижав мышь лапой к полу, посмотрел на неё и подмигнул ей одним глазом. - Мяу, - коротко сказал он. Мама вздохнула. Игра в кошки-мышки продолжалась. Елена Ивановна перестала обращать на него внимания и скоро уснула. * * * - Друзья, - сказал торжественно Пётр Кожемяка, - Мы вступаем на территорию тайны! Они стояли и смотрели в глубину подземного хода. Орлов уже окончательно пришёл в себя и стоял вместе со всеми. Ход здесь был такой же узкий, как и лестница. От утоптанного земляного пола, на расстоянии метра друг от друга поднимались вверх старые скользкие кирпичные стены, которые были перекрыты на высоте около двух метров тёмными сырыми брёвнами. - Это что за дерево? – спросил Родион у историка, посветив на потолок. - Я полагаю, дуб, - сказал Пётр, потрогав пальцем потолок, и постучав по нему, - Любое другое дерево уже сгнило бы. - Меня подождите, кладоискатели, - на лестнице раздался тяжёлый Лёхин топот. - Отметился? – спросил Палкин у него, оборачиваясь. - Да, всё в порядке, - ответил Лёха, - хотя жена была недовольна. - А они всегда недовольны, - сказал Миха. - Вроде, молодой, - Алексей посмотрел на него, - а уже всё знаешь. Откуда? - Ладно, хорош, - сказал Орлов, - подискутируем на больную тему позже. - А у меня всё в порядке, - вполголоса пробормотал Палкин. - Исключение, что ли? - Нет, - прошептал ему стоящий рядом Пётр. - Просто надо выбирать ТЕХ женщин. Таких, как мы с тобой выбрали. Вот и всё. - Как там наши соперники? – спросил Родион у Алексея. - Видел их? - Нет, - сказал Лёха. - Их и след простыл. - А это что? – спросил Шустрыгин, - направляя вперёд луч своего фонарика, который через три метра упёрся в квадратный серый столб, который проходил из потолка и исчезал в земле. - Это свая, на которой этот дом стоит, - сказал Пётр, указывая пальцем вверх. Он подошёл к свае и протиснулся в проход между сваей и стеной. - Если бы их рядом было две, - раздался из-за препятствия голос историка, - мы бы дальше не прошли. Все последовали за ним. Родион и Алексей еле протиснулись последними. - Чёрт! – сказал Орлов. - Ну и гадость эта скользкая стена! Тут они остановились и осветили проход. Теперь он был виден вперёд метров на семьдесят. Одинаковые склизкие позеленевшие стены уходили вперёд. Ровная утоптанная почва также уходила вперёд. Тёмный неровный потолок убегал вдаль. На расстоянии было видно окончание туннеля. Свет фары бил в такую же позеленевшую кирпичную стену. Зато на полу, то тут, то там поблескивали красноватые точки. - Это ещё что, рубины? – спросил Шустрыгин. - Ха! – усмехнулся Палкин, - если бы у крыс вместо глаз были рубины, то я стал бы котом.

РЫЦАРЬ КАЗАНОВА И СВЕТ ЗОЛОТА. роман. приключения. ГЛАВА 17.

ГЛАВА 17 ВВЕРХ ТОРМАШКАМИ. Пётр погасил фонарь. Тут же погас свет в фонариках Родиона и Сергея. - Чёрт! – сказал Миха и тоже выключил фонарь. - Включи свет! – раздался крик. - Милиция! Стреляю на поражение! Следом раздался металлический щелчок. Послышались шорохи. - Я предупредил! – крикнул голос. - Стреляю! - Стреляй, - ответил Орлов и следом за этим раздался свист большого предмета (может лопаты) рассекающего воздух. Раздался удар металла о металл, скрежет и крик того же голоса: - Мать твою! Следом раздались три выстрела. Одна из пуль сшибла плафон, который висел над ямой и тот с грохотом и звоном упал вниз. Две другие, также, никого не задели, потому что никто не закричал и не застонал. Затем послышалась возня, ещё выстрел. Удар, ещё удар. - Мать твою! – завопил Орлов. - Извини, промазал, - сказал Мишин голос. - Всё, держу! - Зажигай, - сказал Родион. Палкин включил фару. Родион сидел на здоровом блондине и держал его за горло одной рукой, а другой прижимал его руку к земле. Миша рядом прижимал к земле руку с пистолетом. Все тяжело пыхтели. Лицо Орлова для блондина было в темноте, потому что Палкин светил из-за спины Родиона. Орлов, в свою очередь, тоже не видел лица блондина, потому что тот лежал в его тени. - Я тебя порву, собака! – прохрипел блондин. - Ага, - усмехнулся Родион, - пупок не надорви! Серёга со своей фарой подошёл ближе. - Мать честная, это же Лёха! – воскликнул он. Но Родион уже и сам видел это. Это был друг детства и их одноклассник Алексей Мёдов. Ныне оперуполномоченный уголовного розыска. - О. Лёха, извини, я тебя не узнал, - извиняющимся тоном сказал Родион. - Ты не обиделся? - Может, отпустишь? – спросил Лёха - Ах да, конечно, - сказал Орлов. - А ты не обиделся? - Нет, конечно, - миролюбиво прохрипел Лёха. Родион отпустил его горло, а потом и руку. - Пупок надорву, говоришь? – спросил Лёха и со всей дури заехал Орлову в челюсть. - Ай! – клацнул зубами Родион, отлетая на несколько метров. Лёха сбросил Миху с руки и бросился за Родионом вдогонку. Палкин бросил фару на песок и схватил Лёху сзади в охапку. - Лёха, ты что! – заорал он ему в ухо, - это же Родька! - Ладно, - сказал Лёха, тяжело выдыхая. - Отпусти. Серёга отпустил Алексея. Тот убрал пистолет в кобуру и осмотрелся. - Н-да, - сказал он. - А ведь я мог вас застрелить, а? - Ага, - сказал, вставая, Родион, - мог. Но не застрелил. - Ты, Родька, - сказал Лёха, - меня извини. - Конечно, Лёха, мы квиты, - сказал Орлов подходя. Друзья обнялись. Лёха осмотрел лицо Родиона. - У тебя морда-то деревянная, что ли? – спросил он. - Никаких синяков! - Стальная, - сказал Орлов, встряхнув головой. - Ох, все мозги отшиб, зараза! - Лёха, ты, что здесь делаешь? – спросил Палкин. - Да, я, - Алексей замялся. - Короче, на задании я. - На каком? – удивился Орлов. - Государственная тайна! - отрезал Мёдов. - А нас-то что, по голосам не узнал? – спросил Палкин. - Что напал-то на нас? - Да чёрт знает! – Лёха махнул рукой. - Нашло что-то. Да ещё вы тут какую-то чушь про клады несли. Я думал, может, кодовый язык какой. И потом ещё эти два рыла в окошке. И, вообще, - голос Мёдова стал громче, - какого хрена вы здесь делаете?! - Да так, - сказал Палкин, - ерундой занимаемся. - Только не говорите, что пришли картошку копать, - Алексей осмотрелся вокруг, посмотрел на лопаты, мешки, серёгин саквояж, фонарики. - Ладно, Лёха, - сказал Орлов. - Тебе скажем, только два условия. - Какие? – спросил Лёха. - Никому не говорить и не смеяться, – сказал Родион серьёзно. - Не понял, - сказал Лёха, - у вас тут что, кружок онанистов? - Ну, как хочешь, Лёха, я могу и не говорить, - обиделся Родион. - Ладно-ладно, - сказал Лёха, усмехаясь. - Принимаю ваши условия, чтоб меня приподняло! - О, кей, - сказал Родион. - Мы здесь клад ищем. - Что? – лицо Алексея на мгновение приняло тупое выражение, а потом он расхохотался. - Ну вы и бредуны! Родион толкнул Алексея и тот плюхнулся задницей в песок. - Вот тебя и приподняло! – сказал Родион. - И потом опустило, - добавил Палкин. - Серьёзно, что ли? – спросил Лёха, не переставая ржать - Да, всё по взрослому, - сказал Орлов. - По взрослому? – Алексей никак не мог успокоиться. - А ведь я вас принял за террористов. Думал, бомбу пошли закладывать. Вот придурки! Мог бы ведь и застрелить! Подошёл Миша. - А ты, Миха, какого хрена мне в морду дал? – сердито спросил Родион. - Так темно было, куда-то стукнул, а там твоя морда, - попытался оправдаться Шустрыгин. - Ха-ха-ха! - продолжал заливаться Лёха. - Тебе сегодня везёт, да? - Этого у меня не отнять, - сказал Родион. - Ну, ладно, - Алексей кое-как справился с хохотом. - Хорошо. Допустим, вы ищете клад. Тогда, кто те две морды, которые нарисовались в окне? - Это конкуренты, - сказал Палкин. - Конкуренты? – Лёха удивился. - Значит, придурки не только вы? - Нет, ну как с ним разговаривать, а? – возмутился Орлов. - Ладно, - сказал Мёдов, вставая, - хорошо. Пусть конкуренты. А с чего вы взяли что здесь, под этой девятиэтажкой может быть клад. - Не здесь, - сказал Орлов, показывая в окно. - Видишь? - Ну, дом Пчелина? – спросил Лёха. - И что? - Согласно легенде, тут должен находиться вход в подземный ход. - О! – Алексей стал прислушиваться. - Откуда знаете? - Оттуда! – сказал Родион. - Историей надо интересоваться, вот откуда! - Поподробнее, пожалуйста, - сказал Мёдов. - Долго объяснять, - сказал Палкин. - Что? – возмутился Лёха, - потрудитесь уж объяснить! Или вы забыли, что я из милиции? Он оглянулся, взглянул на Мишу и Петра и добавил: - Да, кстати, забыл представиться. Лейтенант Мёдов. Оперуполномоченный уголовного розыска. А вы? - Это Миша Шустрыгин, мой друг, - сказал Орлов, - а это Пётр Кожемяка, историк. - Историк? – присвистнул Алексей. - Так у вас тут всё серьёзно? - Да, - подал голос Пётр. - Я решился на эту авантюру только под давлением обстоятельств. Те два субъекта, которых вы видели в окне, имеют отношение к исторической науке, но они мошенники. Если клад попадёт в их руки, исторические ценности будут утеряны. Если ждать, пока государство соблаговолит произвести раскопки, они опять же его выкопают. Остаётся попытаться их опередить. - Значит, надо их поймать, - предположил Мёдов. - Для этого, как я понимаю, нужны улики, - сказал Пётр, - а их нет, раз они всё ещё на свободе. - Ясно, - сказал Мёдов. - И куда денутся исторические ценности, если вы их найдёте? - Разумеется, будут переданы государству, - сказал Кожемяка. - За исключением тех, которые не имеют исторической ценности, - не выдержал Миша. - Значит, бывают и такие? – задумчиво спросил Алексей. - Конечно, - сказал Миша, - золото там, бриллианты. - Если это не изделия из вышеупомянутых материалов, - поспешил добавить историк. - И твой долг, Лёха, - сказал Родион, - как представителя закона, помочь нам и защитить нас от конкурентов. Потому что мы хорошие парни, а они плохие. - Ага, - сказал Лёха, - двадцать процентов. - Не понял, - сказал Серёга. - О чём ты? - Вас четверо, я пятый, – усмехнулся Лёха. - Делим на пятерых. Каждому по двадцать процентов. - А как же дружба, Лёха? А закон? Ты же из милиции. - С дружбой тут всё ясно. Мы друзья, по дружески и делим. Теперь про закон. Вы здесь по закону? У вас есть какая-нибудь бумага, согласно которой вам разрешается здесь ковыряться, а? - Н-н-нет, - сказал Серёга. - Так то, - торжественно сказал Мёдов. - Теперь я равноправный участник золотодобывающей концессии. Он поднял с земли лопату и сказал: - Вперёд! - Что ж, решено. Ты в доле, - сказал Орлов, потому что все остальные молчали. - Хочешь много денег? - А ты нет? – спросил Лёха. - Помнишь, как много лет назад, в юности, мы всей компанией в Крым ездили? Это была сказка! Но сказку-то можно и сейчас себе сделать. Нужно только денег. - Да уж, Лёха, - усмехнулся Орлов. - Крым помню. Помню, как напились тогда у винзавода и уснули мы с тобой вдвоём. Все нас бросили и ушли. Я ночью проснулся оттого, что меня комары заели. Смотрю, лежу на тебе. Как мы тогда, в полной темноте, через весь Коктебель тащились… - Да уж, - сказал Миша. - Ты любишь на всех спать. В основном на мужиках! Все засмеялись, кроме Петра. - Да это так, - попытался оправдаться Орлов, - совпадение. - Совпадений не бывает, - напомнил ему Палкин. - Да я сейчас, - Родион схватил с полу лопату и стал пятиться назад, - вас всех зарою! Вот он сделал шаг к краю ямы, второй. С третьим шагом нога у него наступила в пустоту. - Стой! - крикнул Пётр, но было поздно. Родион уже летел вниз, задницей навстречу дну ямы. - Эй, - крикнул сверху Шустрыгин. - Ты куда? Тем временем, задняя часть Орлова уже приземлялась в то место, куда до этого упал плафон с потолка, упал и, пробив брешь в полу, исчез под землёй. - Мать вашу! – раздался крик Родиона. Затем раздался треск старого дерева, и Орлов исчез под землёй. Потом был звон и грохот. Такой, будто кто-то катиться по лестнице. Раздался последний удар. После этого всё стихло. Все стояли на краю ямы и смотрели вниз. - Похоже, - задумчиво сказал Сергей, - Родька своей задницей нашёл именно то, о чём мы тут судачили. - Загадину нехватило всего несколько сантиметров, - сказал Пётр и стал спускаться по склону ямы к пролому в земле. Все последовали за ним. Палкин посветил фарой в пролом. От пролома вниз тянулась полусгнившая деревянная лестница. Пролом был ограничен старой, покрытой мхом кирпичной кладкой стен, находившихся в метре друг от друга. Лестница уходила вниз на восемь-десять метров. У её подножия, на глинистом полу, лежал Родион Орлов. Вверх тормашками.

РЫЦАРЬ КАЗАНОВА И СВЕТ ЗОЛОТА. роман. приключения. ГЛАВА 16.

ГЛАВА 16 СТОЯТЬ, ЧЕРТИ! Замок на двери в подвал был чуть больше обычного почтового замочка. - Пустяки, - пробормотал Палкин и вытащил из саквояжа болторез. Он в два счёта перекусил дужку. - Ты что, взломщик с опытом? – шёпотом спросил Родион, пока остальные молча наблюдали за ними. - Нет, - ответил Серёга, - просто я немного подумал. А вы предполагали это? – он указал на замок. - Я нет, - сказал Родион. - А вы? Он обернулся на остальных. Пётр и Миша покачали головами. - Я так и знал, - вздохнул Сергей, - кладоискатели хреновы! Он шагнул в подвал, предварительно вытащив мобильник, и включив на нём подсветку. Держа телефон перед собой, он сделал несколько шагов по лестнице и остановился у входа в основную часть подвала. Обернулся. - Идём, - сказал он. - Что же вы? - Темно, - ответил ему Миша. Палкин развернулся. - Идите на огонёк, тут лестница, осторожнее. Последний закрывает дверь. Когда все подтянулись, он переместился в основную часть подвала. Сделав несколько шагов, он остановился и повернулся опять. Процессия искателей приключений догнала его. - Ну что, - сказал Палкин, - теперь достанем фонари. У всех есть? - Нет, - сказали Родион и Миша в один голос. - Нет, ну я поражаюсь над вами! – воскликнул Палкин. - Вы что, на ощупь собирались клад искать? - Фактически, на ощупь это и будет происходить, - сказал Пётр и зажёг фонарь, который вытащил из вещмешка. Стало гораздо светлее, Серёга посмотрел на виноватые физиономии Родиона и Михаила. - Я забыл, столько всякой дряни произошло за последние два дня!… - сказал Родион. - Я тоже, - сказал Миша, - наверное, потому что слишком много думал о кладе. - Ты уже морем грезил, да? – спросил Серёга. - Ага, - сказал Миша. - Молодые люди к делу! Время идёт! - Пётр стал водить фонарём по сторонам, осматривая подвал. Палкин нагнулся к саквояжу и что-то оттуда вытащил. Раздался щелчок, и Родиона ослепило ярким светом. - Ты что, прожектор притащил? – воскликнул он, прикрывая рукой глаза. - Это, скорее, фара от “мазды”, - сказал Миха. - Да вот, сегодня совершил набег на твой магазин, Родька. - Ладно, хоть сообразил! Молодец, друг! – отозвался Родион. - Не то, что ты, друг-поганка! – сказал Серёга. – На, держи! Он кинул Орлову маленький фонарик. Родион поймал его на лету и включил. По сравнению с Серёгиной фарой фонарик давал света столько же, сколько спичка по сравнению с костром. - Что, тускло? – засмеялся Палкин, глядя на перекошенную физиономию Орлова, - Миша лови такой же! - Мог бы и поярче подобрать, – сказал обиженно Родион. - Это самый практичный фонарь, – сказал Палкин, выключая свою фару, - мой можно только под землёй включать. Здесь нельзя – с улицы заметят. - Идите сюда! - раздался из темноты голос Петра. Родион и Миша, включив фонари, отправились к Петру, который копошился в глубине подвала, метрах в двадцати от них. У Серёги, бредущего рядом, тоже зажёгся такой же маленький фонарик. - Эй, мухомор, - спросил Орлов, - у тебя сколь фонарей? - А дополна, - весело сказал Палкин, - у меня всего полно! - Вот это внушает оптимизм, - сказал Миша и обернулся к Родиону, скользнув лучом фонаря по его лицу. - Да, поганка? - Ты ещё меня обзывать будешь, салага?! – спросил Родион, - тогда ты сморчок, понял? - Стоп, - внезапно сказал Палкин. Миша и Родион посветили перед собой. Они стояли на краю большой ямы, вырытой в песке, который покрывал весь подвал. На другой стороне ямы стоял Пётр. - Похоже, Михаил, ты был прав, - сказал он, многозначительно глядя на них, - Здесь уже рылись. * * * Ботаник и Крыс, в их тёмном подъезде, спускались по лестнице. Крыс впереди, а Ботаник за ним. Оба были одеты в рабочие комбинезоны. На крысе была чёрная бейсболка, надвинутая на лоб, из-под которой сверкали новые очки. Около пятого этажа Крыс остановился и взглянул между лестничных пролётов вниз. - Вроде чисто, - тихо сказал он и хотел ещё что-то добавить, как на него налетел сзади Ботаник. - Чёртов придурок! – шёпотом выругался Крыс, - слепой что ли? - Дык, - пробубнил извиняющимся тоном Ботаник, - темно ведь… - Темно, твою мать! – зашипел Крыс. - Какого хрена я с тобой, болваном, связался! Ладно, хоть эти чёртовы вёдра с собой не взяли, а то грохоту было бы как на колокольне! - Извините, коллега, - прошептал Ботаник. Крыс плюнул с досады на пол и пошёл дальше, размахивая лопатой в одной руке и мешком с инструментом в другой. Ботаник поплёлся следом. - Держи свою лопату подальше от меня, осёл, - проворчал Крыс, - и сам держись подальше! А то кувалдой по черепу получишь! Ботаник с опаской посмотрел на узкую спину коллеги, маячившую впереди. Через минуту они вышли на крыльцо. Ботаник с ходу чуть опять не налетел на старшего пройдоху, но упёрся грудью в кулак, который предусмотрительно выставил перед ним Крыс. - Ой! - пискнул Ботаник. - Заткнись! – зашипел Крыс. Вокруг была полная темнота. Фонари не горели. Луны и звёзд в небе тоже не было, одни тучи. Загадин стал, не спеша изучать окружающую обстановку. Данила молчал и обиженно сопел. - Подойди, - прошептал босс. Ботаник осторожно подошёл к Загадину.. - Смотри, - Крыс показал пальцем в сторону входа в подвал. Ко входу осторожно подходил здоровый мужик. Вот он остановился у двери и прислушался. Приоткрыл дверь и прислушался опять. Прошла секунда и таинственная тень исчезла в подвале, аккуратно прикрыв за собой дверь. - Бомж, что ли? – прошептал Данила. - Сам ты бомж, придурок! – проворчал Крыс. - Он будто за кем-то шёл, всё время прислушивался. - Ну да, бомж! – убеждённо шепнул Ботаник. - Прислушивался, чтобы узнать, не занято ли его место. - Болван ты, коллега! – зашипел на него Загадин. - А дверь в подвал? Она же была открыта. А я её закрывал. - Ой, - сказал расстроено Данила. - Накрылись что ли, наши сокровища? - Тихо, осёл, сейчас узнаем, - прошипел Загадин. - Инструменты сгружаем пока под балкон и идём. Они потихоньку подкрались к двери в подвал и прислушались. Ничего не услышали. - Тс-с! – на всякий случай прошептал Крыс и осторожно приоткрыл дверь. Опять прислушались. Откуда-то из глубины подвала доносились приглушённые голоса. Крыс также тихо прикрыл дверь. - Голос не один, - пробормотал он, - я не ошибся. - Может сантехники, - предположил Ботаник. - Какие сантехники ночью, умник? – снисходительно сказал Загадин. - Может быть, авария какая в доме, - сказал Данила. - Нет, - сказал Крыс, - это слишком маловероятно. Сокровища и сантехники в этой жизни ходят разными дорогами. Сантехники ходят теми тропами, где течёт какая-нибудь жидкость, в основном огненная или канализационная. А клады идут в руки тем, кто их ищет. В данном случае к нам. Кроме того, когда мы уходили из квартиры, в кране была вода. И потом, какого сантехника заставишь тащиться куда-то посреди ночи?! - Может, аварийная? – не унимался Ботаник. Крыс не выдержал и щёлкнул его по лбу. - Обернись и посмотри, - сказал он, пока Данила, ойкнув, потирал лоб. Ботаник повернулся. - И где ты видишь “ночной дозор”? – спросил предводитель. Ботаник посмотрел по сторонам. - Нигде, - ответил сам себе Крыс и добавил, оглянувшись ещё раз по сторонам, - пошли! Они стали медленно пробираться вдоль дома, разыскивая окошко, через которое можно было бы заглянуть в подвал. На этой стороне дома все они были законопачены. Ботаник хотел предложить оторвать доски, но промолчал, опасаясь опять получить в лоб. Потихоньку продвигаясь, они выбрались на другую сторону дома, которая окнами была обращена к улице Карла Маркса. Фонари на улице не горели, но Вознесенский собор был освещён прожекторами и свет падал на дом. Теперь заговорщики были на виду. - Чёрт! - выругался Крыс. - Теперь будем ещё осторожнее. Двигаемся спокойно, не дёргаясь, а сами смотрим на окошки. Понял? Ботаник кивнул, и они пошли вдоль дома. Все окна и с этой стороны были заколочены, хотя вскоре они нашли одно, со стеклом в раме. Это окно располагалось, как раз напротив дома Пчелина и было тем самым окошком, через которое они вчера ночью установили местоположение второго дома купца. Через пыльное стекло пробивался слабый свет. Крыс заметил это окно, оглянулся на дом Пчелина, и сообразил, что это за окно. - Оно и к лучшему, - пробормотал он. - Идём! * * * Яма была метра три в диаметре и около двух глубиной. По сторонам от неё были навалены кучи песка. На дне проглядывала серая земля. Все молча смотрели на дно ямы. Родион повернулся и стал водить лучом фонарика по полу подвала. Больше ям вблизи он не увидел. Слабого луча фонарика не хватало заглянуть во все углы подвала, тем более, что он тянулся на несколько десятков метров в длину. - Я уже смотрел, - сказал Пётр, - больше ям нет. - Это что, получается, - расстроено сказал Шустрыгин. - Наш клад уже уплыл? - Вряд ли, - ответил Кожемяка. - Они не успели прорыть глубже. Хотя, может, надо копать где-то рядом. Например, ближе к окну. Родион повернулся ко всем и посмотрел на потолок. Прямо над центром ямы висел большой стеклянный плафон, забранный в решётку. Такие раньше вешали в общежитиях. “Чудно, - подумал он, - как ориентир какой-то”. - К какому окну? – спросил Палкин у Петра. - А вон к тому, - Пётр отвернулся от ямы и показал лучом фонаря на стену, которая до этого была у него за спиной. Все увидели пыльное окошко, за которым виднелся дом Пчелина, слабо подсвеченный лучами собора. - Ого, - сказал Миша. - Так это… - Да, - сказал Кожемяка, - это то самое место, где стоял второй дом купца Пчелина, самого богатого человека Царевококшайского уезда в восемнадцатом и девятнадцатом веках. Все стояли и смотрели в окно, как вдруг дом Пчелина загородился двумя чьими-то головами. - Что за чёрт! – сказал Орлов. Палкин, который держал в руке свою фару, рефлекторно нажал на выключатель. Ослепительный луч света ударил в окно. - О! – крикнул Миша, - это же наши авантюристы! Ботаник и Крыс! Смотрите, запоминайте! Все присмотрелись внимательно. Ботаник и Крыс, столь неудачно сунувшиеся под луч фары, вначале расширили глаза от ужаса, потом зажмурились, а потом и вовсе исчезли. - Да, это он, - вздохнул Пётр, - Загадин. - В очках или с бородой? – спросил Палкин. - В очках. Того, что с бородой я не знаю. Молод он ещё. - Ясно, - сказал Шустрыгин, - Крыс - это Загадин, а второй, у которого бородка, как у козла, Ботаник. - Может, пойдём их выловим, да напинаем, чтобы под ногами не путались, а? – спросил Орлов. - Да ты что, юноша, - сказал Петр, их уже и след-то простыл. - Что-то ваш Загадин не произвёл на меня впечатления опасного человека, - сказал Родион. - Внешность обманчива, - сказал Кожемяка. - Бывает и так, - согласился с ним Серёга и выключил фонарь. Сразу стало значительно темнее. - Ну что решили? – спросил Миха. - Мне кажется, что им не было бы смысла подглядывать за нами, если бы они уже всё выкопали. - А ведь он прав, - сказал Орлов. - Ну что, приступим? - Да, время не ждёт, - сказал Кожемяка и повернулся к яме. В этот момент откуда-то из темноты рядом с ними раздался истошный вопль: - Стоять, чёрти! Руки вверх!

РЫЦАРЬ КАЗАНОВА И СВЕТ ЗОЛОТА. роман. приключения. ГЛАВА 15.

ГЛАВА 15 ВСЁ ПО – ВЗРОСЛОМУ! Раздался звонок в дверь. Мама Родиона, Елена Ивановна, в левой руке которой было полкуска пирога с мясом, открыла дверь. Она посмотрела на тех, кто стоял у порога и её рот занятый пережёвыванием пирога, произнёс что-то похожее на: - Бу-бу-бу! - Что? – спросил Родион, ибо он был одним из тех, кто стоял у порога. Второй же, напротив, не стоял, а гордо возлежал у него на руках, ибо это был Портос собственной персоной. - О, привет, Родька! – улыбнулась мама, проглотив, наконец, пирог. - Это и есть бесстрашный истребитель мышей? - Он самый, = Родион почесал кота за ухом и увидел в руках у мамы пирог, - о, перекусим да, мам? Пирог увидел не только он, но и кот. Они оба воззрились на лакомый кусочек. - Мяу! – сказал Портос. Это была любовь с первого взгляда. И правда, как можно не любить хозяйку, у которой в руках такая вкуснятина! - Какой красавчик! – умиленно произнесла мама и протянула к коту правую руку. Кот оценил этот первый шаг на встречу и, что называется, не сходя с рук Родиона, начал мордочкой тереться о руку Елены Ивановны. - Какой ласковый! – продолжала умиляться мама. - Мам, - сказал Орлов, - может мы, всё-таки, зайдём, а? Как считаешь? - Ах да, конечно, - она отошла от двери, пропуская их внутрь. В задумчивости она хотела запихнуть остаток пирога в рот, но передумала и откусила две третьих от оставшегося куска. - Кота-то можешь поставить на пол, а то, как он мышей-то ловить будет, у тебя на руках что ли? - Ах да! – Орлов поставил кота и стал разуваться. - Кис-кис! – сказала мама и пошла на кухню. - Его Портос зовут, - сказал Орлов ей вслед. - Портос!? – крикнула мама из кухни. - Чудно! Кот, услыхав своё имя, стремглав унёсся на кухню. Следом за ним пошёл Родион. - Ого! – изумился он, увидев, как кот уже наворачивает пирог. - Если ты начнёшь его так кормить, то он у тебя не мышей начнёт ловить, а кайф! - Ладно, не ворчи, - сказала мама. - Это чтобы он ко мне хорошо относился. Путь к сердцу кота, как и любого другого мужчины, лежит через желудок - Ну, мам, это только про котов, - сказал Родион, зажигая газ. - А насчёт мужчины… Я готов поспорить. Лучше быть свободным и голодным, чем сытым у какой-нибудь мегеры! - Что хоть разворчался-то! – возмутилась мама. - Газ зачем включил? - Подогревать. - Всё горячее. Садись за стол, философ! - А, ладно, спасибо, - он пошёл мыть руки. * * * В полдевятого, как и было условлено, у Орлова в квартире появились Сергей и Михаил. Портос с любопытством выглянул с кухни. - О, кошка! – обрадовался Миша, присел на корточки, и протянул руку к коту. Портос понюхал его руку и осторожно потёрся об неё. - Класс, - сказал Миша, - такая здоровая и ласковая! - Это кот, - Родион усмехнулся. - Да? – Миша встал, - а внешне – вылитая кошка! Они прошли в комнату. Серёга стал мерять старые джинсы и футболки. Родион тоже оделся по рабочему. - Лопаты-то взяли? – спросил Орлов, глядя на Шустрыгина. - Ага, - ответил он, глядя на выключенный компьютер, - что не включаешь? - Времени нет. Поиграть хотел? – улыбнулся Родион. - Конечно, минут пять хотя бы! - Мы торопимся, - сказал Палкин. - Ты что выбираешь, Миха, игрушку или чай с пирогом? – спросил Родион. - Пирог, конечно, - Миша со вздохом отвернулся от компьютера. - Мам, мы идем чай пить, сказал Родион, направляясь на кухню. - Хорошо, - сказала мама, - я тогда пойду сериал смотреть. Друзья расселись за столом. Мама ещё не ушла. Родион спросил у неё: - Мам, как Портос, освоился? - Да, - сказала Елена Ивановна, - Всё сидит тут, мышей ждёт. - Думаешь, мышей? – спросил сын. - А кого же ещё? – удивилась мама. - Может пирог? Друзья засмеялись. - Скажете тоже, - мама улыбнулась. - Ладно, вот пироги, вот чай, сахар там, на столе найдёте. Я пошла. Она развернулась к выходу из кухни и вдруг закричала: - Ай-яй-яй! Все обернулись. Портос бросился бежать. Мама стояла как вкопанная. На выходе из кухни кот нос к носу столкнулся с мышью. Оба подпрыгнули при виде друг друга. - Мяу! – завопил Портос. - Пи-и-и! – пронзительно пискнула мышь. Кот шарахнулся и, бросившись назад, запрыгнул к Елене Ивановне на руки. Мышь тут же исчезла за плинтусом. - Вот так, так! – находясь в прострации, сказала мама Родиона и погладила кота. Тот сидел и трясся. - Да уж, - сказал Миша. - Небывальщина какая-то, - пробормотал Родион. - Это же “Том и Джерри”! – нашёлся Палкин. Родион криво усмехнулся. - Мам, ты это, - сказал он, - не переживай! Он хороший кот, боевой. Просто он первый раз мышь увидел. В следующий раз он её обязательно поймает. Последняя фраза получилась не очень-то уверенной и мама сказала: - Да, конечно, - она поставила кота на пол, и пошла смотреть сериал. - Ну что? – сказал Палкин. - Время! - Да, - сказал Родион. - Навались! Друзья дружно навалились на пироги и через пять минут от них остались только воспоминания. Портос сидел у их ног и жадно смотрел, как куски этого восхитительного лакомства исчезают в их ртах. - А ты, трусливая кошка, - сказал Миша, - Мышей лови! Когда они выходили из квартиры, Родион задержался. - Мам, - сказал он. - Ты только отца дождись с работы и познакомь его с котом. А то его инфаркт хватит. - С чего это? – спросила мама. - А вдруг он в полумраке увидит Портоса, - он подмигнул маме, - и подумает, что это мышь такая здоровая. - Да уж, скажешь тоже, - мама улыбнулась. - И не переживай, к утру он всех мышей выловит. - Кто, папа? – не поняла мама. - Кот, кто же ещё! – сказал Родион. - Да уж, надеюсь, - вздохнула мама. - Ладно, мам, пока, - он взял приготовленную лопату. - Куда это ты, с лопатой? – спросила мама. - Картошку к Михе копать. - Что-то я не видела, чтобы он нам картошку копал, - сказала озабоченно мама. - Да ты что, мам, - сказал с жаром Родион, - там же ещё шашлык будет! - А, вот значит, как тебя в сад заманивать надо! Шашлыком, да? - Ага, - ухмыльнулся Родион. - Накладно получится. – вздохнула мама. - Ничего, мам, прорвёмся! Картошку-то ведь уже выкопали. Ладно, пока, меня ждут. Родион взгромоздил лопату на плечо и, насвистывая, стал спускаться по лестнице. “Эх, - подумала, вздыхая, мама, - всё такой же мальчишка!” - Много не пей, сын, - на всякий случай сказала она ему вслед. - Конечно, мам, - он, не оборачиваясь, спускался вниз. Мама закрыла дверь. - Здорово, сосед! – громогласно провозгласил Володя, сосед Орлова с пятого этажа, невысокий мужичок с бородой, который поднимался ему навстречу, - картошку поехал копать? - Нет, клад! – усмехнулся Орлов. - Шутник ты, Родион, - сказал Володя. - Ещё бы! – сказал Родион и пошёл дальше, насвистывая. * * * Уже стемнело, когда у реки они встретились со своими пожилыми компаньонами. Их “мазда” стояла на набережной, между собором и Кокшагой, а они, прислонившись к машине, дружно дымили, когда раздался рядом рёв мотоциклетного двигателя. “Урал”, свернув с Красноармейской прямо на тротуар, стремглав слетел к реке, подняв облако пыли. За рулём сидела Виктория. - Ого, - изумлённо сказал Миша. - Впечатляет! - А ты как думал, - сказал Родион. - У нас всё по-взрослому! - Привет молодежь! - сказала Виктория, выскакивая из седла. Пётр степенно вылез следом из люльки. Он потянулся и сказал: - Я, конечно, привык к манере езды моей супруги, но всё-таки каждый раз как будто заново рождаюсь. Она улыбнулась. - Давайте, мальчики, - сказала она. - Лопаты и всё остальное в люльку. Машину свою под мост загоните. Барахло ваше я подвезу прямо к дому, а потом и машину до вашего возвращения покараулю. А вы идите пешком. Так менее заметно. * * * Алексей Мёдов опять стоял перед дверью Балбеса. Никто не открывал. Опер опять позвонил. Результат нулевой. Тусклый свет лампы освещал площадку второго этажа. Лейтенант про себя выматерился. Он выплюнул остатки изгрызенной спички и потянулся за коробком. Вытащил коробок из кармана и решил закурить. Этой же рукой, вместе с коробком, полез в другой карман за сигаретами. Вытащил пачку. Стал вытаскивать оттуда сигарету и уронил коробок. - Чёрт! – пробормотал он, вытащил из пачки сигарету и вставил её в зубы. Пачку убрал в карман и наклонился за коробком, - где же он? Он стал, нагнувшись, рыскать взглядом полу, на котором коробок, слившись при этом освещении с бетоном, стал совершенно невидим. - Вот беда! – проворчал лейтенант и сделал шаг вперёд, - О, вот он! Коробок лежал у самого порога квартиры. Это Алексей заметил, когда упёрся головой в дверь Балбеса. Дверь со скрипом стала открываться. Опер резко выпрямился. В левой руке его был коробок, а в правой появился пистолет. “Ствол” смотрел в тёмный пустой проём. Алексей осторожно, стараясь не производить шума, опустил коробок в карман. Постоял несколько секунд, пока глаза привыкли к темноте. В квартире была полная тишина. Выставив вперёд пистолет и незажжённую сигарету, он шагнул во тьму. Внимательно, в темноте он обследовал квартиру. Никого. Закрыл входную дверь и включил свет. Пока глаза привыкали к свету, закурил. Выпустив в потолок, струю дыма, он посмотрел на пол. Кровавая полоса тянулась к входной двери из комнаты. Он прошёл по следу и включил в комнате свет. Следы борьбы. Всё разбросано. - Ну что, Балбес, - прошептал он, делая очередную затяжку. - Не успел я. Пусть земля тебе будет пухом. Он вздохнул. - Или вода. А может и серная кислота. Опер пошёл при свете осматривать квартиру. Больше ничего примечательного. - А всё-таки ты, Балбес, настоящий балбес! – сказал лейтенант вполголоса. - Я бы даже сказал, кретин! С твоими куриными мозгами тебе баранов пасти, а не в криминальные игры играть. Твоя жизнь - сплошная ошибка. Сначала в банду влез, а потом решил её сдать! Н-да! Не играйте дети в криминал. Любая скользкая дорожка оканчивается в канаве! Алексей постоял ещё пару минут, выключил свет в квартире и вышел в подъёзд. - Ну, ты балбес! – прошептал он и резко выбросил бычок. - Вся операция коту под хвост! Он вышел на улицу. Темно. Фонари во дворе не горят. - Каменный век, - пробормотал он. - Темнота – друг молодёжи и жуликов. Глаза привыкли к мраку, и он осмотрелся. К последнему подъезду приближались четыре мужских силуэта. В руках они несли лопаты и какие-то баулы. “Садоводы”, - подумал он и инстинктивно отошёл в тень подъезда. Но силуэты, дойдя до подъезда, свернули в сторону, к входу в подвал. Чутьё не обмануло опера. - Вот за это я и люблю свою работу, - прошептал Алексей, - никаких детских игр. Всё по-взрослому! И он, крадучись, отправился следом, на ходу нащупывая пистолет под мышкой.

РЫЦАРЬ КАЗАНОВА И СВЕТ ЗОЛОТА. роман. приключения. ГЛАВА 14.

ГЛАВА 14 ВЛЮБЛЁННЫЕ. Родион вошёл в магазин “Хо”. - Здравствуйте, девочки! - приветствовал он отдел крепежа. - Привет, Родион, - ответили девчонки. Света Кошкина стояла в дальнем конце отдела у саморезов. Он подошёл к ней. - Привет, Света, - сказал Орлов. - Привет, - ответила она и посмотрела на него. - Прости меня, Свет, - сказал он. - За что? – спросила она, глядя ему в глаза. Было непохоже, что она сильно обижена на него. Родион огляделся и увидел, что рядом никого нет. - За то, что я вчера так поступил с тобой, - вполголоса сказал он ей, - и за то, что сегодня не заехал за тобой утром. Я проспал. - Ладно, - примиряюще ответила она, - я на тебя не обижаюсь. Я думала, ты на меня обиделся за то, что я тебя вчера выставила. - Нет, что ты, - улыбнулся Родион, - я время даром не терял. - И что ты делал? – Света закусила губу. - Я делал из себя идеального мужчину, - улыбка Орлова стала шире. - Как же ты его из себя делал? – спросила Света, готовая вот-вот обидеться. - Ну, - сделал паузу Родион, наблюдая за её реакцией, - я зашёл в ближайшую к дому забегаловку и остограмился. Два раза. - Алкаш! – Света облегчённо вздохнула и улыбнулась. - Ты просто алкаш! - Ну и что? – спросил Родион, - зато я потом спокойно спал, и никто мне не был нужен, вот! Он показал ей язык. Она улыбнулась. - А я тебя ждала, - сказала Света. - Думала, вернёшься. - Весёленькое дельце! – присвистнул Родион. - Вначале выгоняет, а потом ждёт, что вернусь! В следующий раз ты уж лучше определись, что ты хочешь: выгнать меня или оставить. - А что, ты планируешь следующий такой раз? – спросила Света. - Нет, что ты! – замахал руками Орлов. - Теперь я буду пай-мальчиком! “Моё поведение зависит от твоего, - подумал он и скрестил пальцы за спиной, - будешь со мной обращаться как со своим любимым мужчиной, тогда получишь любящего мужчину.” “Врёт ведь!” - подумала Света. - Ладно, - сказала Света. - Если ты меня прощаешь, тогда забудем этот инцидент. - Хорошо, дорогая, - Родион наклонился к ней. Света подставила губы. Он лёгким прикосновением поцеловал её. Тут рядом с ними замаячил покупатель. Света бросилась его обслуживать. Родион отошёл. Надя из отдела крепежа, проходя мимо, шепнула ему: - С тебя шоколадка! - За что? – шёпотом спросил он. - Мы со Светкой провели воспитательную работу, – она ему подмигнула. - О, спасибо! - Родион вытащил кошелёк, но меньше пятисотки там не нашёл. - На, Надя, - сказал он, - торт себе купите. Или пиццу с пивом. Спасибо, я уже не знал, что с ней делать. - О. супер! - шепнула она и отошла к девчонкам. - Девки! Гуляем! Света в этот момент была на складе. * * * На кухне за столом, напротив друг друга, сидели Сергей Палкин и его подруга Наталья Иванова. Наташа жила на пятнадцатом этаже монолитной семнадцатиэтажной башни в Сомбатхее. - Наташа, солнышко, - сказал Сергей, поднося чашку с горячим чаем ко рту, - Я сегодня не смогу вечером к тебе придти. Ночью у нас с Родионом и Михаилом будет дело. Мы будем заняты. Она посмотрела на него внимательно и тоже глотнула чаю. - Второй день знакомства, - задумчиво сказала она, - и ты уже убегаешь от меня. - Нет, что ты, я вовсе не бегу. Ты ведь мне очень нравишься! Ты ведь примешь моё приглашение съездить на море? – он смотрел на неё. - На море? – спросила она, - на море я, конечно, поеду. Но наши отношения развиваются в ритме самбы. Вначале это странное знакомство, теперь ночная отлучка… Даже не знаю, что и думать-то. - Я не могу тебя заставить, - сказал Сергей. - Но ведь ты, всё-таки, можешь мне поверить? - Могу, - она посмотрела ему в глаза. - Скажи, а это секрет, да? Ты можешь мне сказать, что это у вас за дело? Или это какая-то мужская тайна? - Вообще-то да, тайна, - виновато улыбнулся Палкин. - Хотя не совсем мужская. Но тебе я верю и могу сказать. Впрочем, боюсь, ты примешь меня за болтуна и не поверишь. - А ты попробуй, - улыбнулась Наташа. - Тогда пообещай, что никому не расскажешь. Совсем никому. – Сергей вновь стал серьёзным. - Обещаю, - она серьёзно посмотрела ему в глаза. - Хорошо, - вздохнул Серёга, - я скажу. Мы идём искать клад. - Что? – глаза Наташи округлились. - Я же говорил, что не поверишь, - разочарованно сказал Палкин - Ладно, успокойся, - сказала она. - История про клад, конечно, кажется выдумкой, но что-то у меня внутри подсказывает мне, что тебе я могу доверять. - Спасибо, - облегчённо вздохнул он. - Честно говоря, я не ожидал от женщины, даже от тебя, подобных слов. Если ты, действительно способна мне поверить, даже вот так, когда мои собственные слова говорят против меня, тогда я торжественно заявляю: такой как ты, я не встречал никогда! Свой монолог он закончил с чувством и горящими глазами. Глаза у Натальи тоже излучали свет. - Я тебе верю, - прошептала она. - Спасибо! - прошептал он ей. - Я тебе тоже. - Может, вам нужна какая-нибудь помощь? Ну, не знаю, фонарь подержать что ли? – всё так же, шёпотом сказала она, тем временем как они продолжали утопать в глазах друг друга. - К сожалению, нельзя тебе с нами, - прошептал он, - может быть опасно. Есть такая вероятность. - Тогда береги себя, - прошептала она. Они встали из-за стола, и подошли друг к другу. - Да, - прошептал он. - Для тебя. Они слились в поцелуе. Потом, оторвавшись от неё, Сергей прошептал: - Ты меня благословишь? Она вместо ответа потянула его в спальню. * * * - Куда это ты собрался? – сердито спросила Ольга. - У нас дело с друзьями. Мы будем заняты, – ответил Миша. Они стояли друг напротив друга. Оля буравила его глазами. Он пытался сохранить спокойствие. Его всегда бесила эта её манера уничтожать его взглядом. - Никуда не пойдёшь! – заявила Ольга, выставив грудь вперёд и засунув руки в карманы. Создалось впечатление, что она сейчас примет боевую стойку и начнёт и начнёт его колошматить как Брюс Ли. - Что? – пролепетал Миша, не зная как реагировать. - Что слышал! – сердито сказала Оля. Миша стал закипать. Он тоже выпрямился и стал буравить её глазами. - Пойду! – громко сказал он. - А я сказала, не пойдёшь! – выкрикнула она. - А я всё равно пойду! – он сбавил громкость голоса, но сказал с нажимом, - у меня дело, поняла? - Дело у тебя? – Она тоже стала говорить тише, - а я одна должна сидеть, да? Её губки стали надуваться, и она стала превращаться из хищницы в капризную девчонку. - Ну, понимаешь, - Миша попытался спокойно объяснить, - я пообещал. И потом, это в моих интересах. - А мои интересы тебя волнуют? – сердито сказала она. - Конечно, - сказал он, - спокойно посмотришь своё любимое реалити-шоу, никто не будет у тебя отбирать пульт, чтобы переключить эту дрянь. Потом посмотришь фильм и выспишься. Утром завтрак мне приготовишь. - Завтрак? – прошипела она. - Ага, жди! - Не надо так кипятиться, - сказал он. - Какое у вас дело? По бабам пойдёте? – продолжала распаляться Ольга. - Нет, по бабам мы не пойдём. Я вообще не собираюсь по бабам, пока у меня есть ты. - Что?! Так вот, слушай. Если сегодня ночью со мной что-нибудь случится, тогда знай, что это из-за тебя! – проговорила Ольга и отвернулась от него, потом встала вполоборота, чтобы наблюдать его реакцию. - Ну, если ты такая дура! – воскликнул Миша. - Да ты сам идиот! – крикнула она и выскочила из комнаты. Миша вышел следом. Оля стояла на кухне у окна. Она сердито смотрела на улицу и притопывала тапкой. - Оль, слушай, - сказал Миша, пытаясь обнять её. Она сбросила его руку и промолчала - Оля, - сказал он. - Это дело может принести нам деньги. И немалые. - Ври больше! - сказала она. - Правда, - Миша опять попытался обнять её. Она не противилась. - Что за дело? – спросила она, уже гораздо более спокойным голосом. - Это пока тайна, - сказал он. - Позже я тебе всё расскажу. Поверь мне. Она повернулась и посмотрела ему в глаза. Он не отвёл взгляда. - Ладно, - сохраняя спокойствие в голосе, сказала она. Он, не показывая вида, внутренне вздохнул. “Интересно, - подумал он. - Она когда-нибудь прекратит доводить меня до белого каления, и по поводу, и без повода? Надоело жить на электрическом стуле!” * * * Ещё одна пара влюблённых сидела на диване в комнате Светы. Хотя этих, всё-таки, было трое. И все друг в друга влюблены. Света с Орловым только что поцеловались, а Портос, тем временем, перебрался с её коленей к Родиону. Орлов почесал его за ухом. - Мур-р-р! – сказал кот. - Светик, - сказал Родион, решив, что наступил благоприятный момент. - Что? – проворковала она, глядя на Портоса. - Ты одолжишь мне Портоса на пару дней? – спросил он. - Что? – удивилась Света, - зачем он тебе? - У нас мыши завелись в квартире. Мать с ума сходит. - Ты что, Родион, - воскликнула Света. - Думаешь, Портос способен мышь поймать? - Конечно, дорогая, - Орлов посмотрел на неё. - Это же боевой кот. Он спас мне жизнь от киллера! Что ему какие-то там мыши! - Не знаю, - она пожала плечами и погладила кота. - У нас тут с ним никогда мышей не было. Может он их и поймает. - Ме! – слабо пискнул кот, в ответ на ласку хозяйки. - Вот видишь, - торжественно сказал Родион. - Он говорит, что ему мышь нипочём. - Ага, - улыбнулась Света, - а может он говорит, что их боится? - Нет, что ты, - улыбнулся Орлов и легонько дёрнул кота за ухо. - Мяу! – завопил кот и вцепился зубами Родиону в руку. Впрочем, укус был демонстративным и кот, отпустив руку Родиона, опять растянулся у него на коленях и заурчал. - Вот видишь, - сказал Орлов. - Какой он у нас страшный зверь. Он не только мышей, но и соседей разгонит. - Смотри, как бы твоих родственников не разогнал, - улыбнулась Света. - Нет, - сказал Родион. - Для него у нас есть колбаса, поэтому все между собой смогут договориться. - Хи-хи, - усмехнулась Света. - Станет он тебе ловить мышей после колбасы! - А мы ему чуть-чуть дадим, для аппетита. И потом, мыши – это любимое лакомство котов. - Да? Не знала. Ладно, забирай кота. Портос! Ты не против? Кот поднял голову, посмотрел на неё, подмигнул левым глазом, потом перевёл взгляд на Родиона и сказал: - Мур-р-р! - Вот видишь, - сказал обрадованный Орлов. - Он не против. - Хорошо, - сказала Света. - Пусть едет к тебе в гости. - Вот ещё, Свет, - озабоченно сказал Родион, - я сегодня ночью не буду спать с тобой. - Что? – игриво спросила она. - Думаешь, я тебя опять выставлю, и решил опередить меня? - Нет, я хотел бы остаться с тобой, но не могу. У нас с друзьями дело. - Какое дело? – серьёзность сменила игривость у Светы. - Важное. Мы сегодня ночью, - он замялся. - Это… Ну, это… - Что это? – рассердилась Света. - Идем клад искать! – выпалил он. - Что? – начала закипать Света. - Ничего лучше придумать не мог? На дешёвую ложь решил меня купить? - Что ты, Светик, - улыбнулся Родион, - Я вовсе не вру тебе. - Ага, я вижу, - съехидничала недовольно Света. - Он ещё и улыбается. Думаешь, я такая дура? - Да, - сказал он, - то есть, да нет, я так не думаю! - Нет, это высшая наглость, - продолжала возмущаться Света. - Вначале поцеловать, а потом врать в глаза! - Но это правда! – воскликнул Родион. - Да, кому скажи, так не поверят! – возмутилась Света. - В том-то и дело, любимая, - Родион серьёзно смотрел ей в глаза. - Что это говорить никому нельзя. Ни в коем случае! - Кота не получишь! – заявила Света и схватила Портоса. Она усадила животное себе на колени. Кот встряхнул головой и посмотрел на неё удивлённо. Он зевнул и мяукнул одновременно. Получилось: - Мя-я-у-у-у! - А как же моя мама? – опешил Родион. - Мама? – Света смягчилась, - ладно, только ради мамы! Возьмёшь кота. “Ага, - подумал Родион, - иногда можно использовать даже женскую солидарность”. - Так что там с твоим кладом? – Спросила Света. - Хочешь меня опять одну оставить? - Вчера ты сама себя, а заодно и меня одного оставила. - Ладно, не важно это, - успокоилась Света. - Про клад никому не говори, - сказал он. - Родион, ты опять влазишь в авантюру? – спросила она, глядя жалостливо-сочувствующим взглядом на него. Хотя, скорее, это был больше озабоченный взгляд. - Это не совсем авантюра, Свет, - сказал он. - Может быть, нам и повезёт. Понимаешь, за последнее время мой кошелёк значительно похудел, и не мешало бы его подкормить. - Ну что ж, - тяжело вздохнула она, хотя взгляд её неожиданно стал заинтересованным. - Скажи, у тебя сколько сейчас времени есть? - Минут двадцать, наверное, - он взглянул на часы. - Что же ты молчал, - она пододвинулась и стала расстёгивать на нём рубашку. Затем страстно поцеловала его в губы.

РЫЦАРЬ КАЗАНОВА И СВЕТ ЗОЛОТА. роман. приключения. ГЛАВА 13.

ГЛАВА 13 БЕЛАЯ ВОРОНА. “Мазда” въехала в город и отправилась по лабиринту улиц к автостоянке в центре, где Родион ночью оставил “ягуар”. - Ну что, - сказал Серёга, в то время как Родион и Михаил задумчиво молчали, - Лопаты с вас. У меня в этом городе только автомобиль и девушка. Две штыковые и две совковые. - Ага, - задумчиво поддакнул Орлов. - У тебя есть лопаты-то? – спросил Миха, - А то я все возьму. - Да вроде есть, - сказал Родион, - одна штыковая. Остальные бери. - Оденьтесь соответственно, во всё тёмное. Чтобы ночью в глаза людям всяким любопытным не бросаться. - Да, Родька, - говорил Палкин, - у тебя есть какие-нибудь старые джинсы и футболка, мне одеть. - Найдём. Я тебе привезу, - сказал Орлов. - Что привезу? – спросил Серёга, - На чём? - На машине. - Ты что, псих, Родька? – удивился Палкин, - На “мазде” все поедем. - Это ещё почему? – спросил Орлов. - По кочану! – ответил Серёга. - Твой “ягуар” слишком заметен. - И чем же он заметен? - Да он единственный в городе! А таких, как у меня штук двадцать точно есть. - У тебя же не серая “девятка”! – возмутился Орлов. Ему нравилось ездить на своём автомобиле. - Но и не “ягуар”! В любом случае меньше выделимся. - Ладно, - согласился Родион. Спорить ему совершенно не хотелось. - Так как тогда? – спросил Палкин. - Во сколь к тебе заехать? - Забери вначале Миху. Потом, где-нибудь в полдевятого ко мне. Успеем. Виктория всё равно Петра только к девяти привезёт. А мне ещё нужно каким-то образом у Светы кота выпросить, чтобы у нас дома мышей выловил. - А ты не тормози и всё успеешь, – сказал Миха. Они подъехали к стоянке. За сетчатым забором среди прочих автомобилей выделялся чёрный блестящий “ягуар”. - Красавец! – восхищённо сказал Орлов, глядя на свою машину. - Иди-иди, красавец! - Прикрикнул на него Палкин, - мне ещё надо со своей Натальей всё утрясти. - Шуры-муры что ли? – спросил Родион. - И это тоже! – сказал Серёга. - А мне поспать часик-два бы ещё, а то ночь бурная похоже будет, – сказал Родион. - Мне тоже не помешает, – сказал Миша. - Я вот хочу у вас, друзья, спросить, - сказал Родион. - Вот вы знаете, как я сегодня ночь провёл. У вас-то как обошлось? - Мы с Натальей, - улыбнулся Серёга, - просто не могли оторваться друг от друга до утра. - А у меня, как всегда, всё замечательно, - подмигнул ему Миша. - Значит, только я сегодня лоханулся? – тяжело вздохнул Орлов. - Ты всю жизнь у нас белая ворона, - расхохотался Палкин, - Везёт всем – не везёт тебе. И наоборот. Не везёт всем, значит, повезёт тебе. - Да уж, - ухмыльнулся Родион, - и когда же вам не повезёт? - Не дождёшься, - сказал Миха. - Ладно, - сказал Родион, - пойдём Миша, до дому довезу. Серёга, до вечера! - Пока! – крикнул Серёга, когда они вышли из его машины. Мотор “мазды” взревел и Серёгина “ласточка” сорвалась с места и улетела в клубах пыли. - Ух, - восхищённо сказал Миха, - я тоже так хочу! - Молись о ниспослании нам клада и погоняешь, - улыбнулся Родион, - надо будет с ним погонять наперегонки, а? - Ага. - Слушай, Миха. Ольга у тебя дома? - Нет, к подруге ушла. - Может, я у тебя посплю часик? А то у меня дома как на вокзале. - Да ради Бога! Поехали. * * * В старую облезлую дверь однокомнатной квартиры позвонили. Квартира находилась на втором этаже типовой девятиэтажки, что расположена на улице Карла Маркса, напротив Вознесенского собора. Звонил высокий здоровый парень в спортивном костюме с тряпичной барсеткой через плечо. Его внушительный рост (метр восемьдесят), габариты (девяносто килограммов), прямой взгляд, упёртый в дверь, и, сжимавшаяся в кулак, правая рука говорили о серьёзности намерений. Никто не открывал. Субъект левой рукой опять нажал на звонок, продолжая взглядом буравить дверь. Правой вытащил коробок спичек из кармана, достал оттуда спичку и, засунув её в рот, стал грызть. Видимо этим он хотел себя как-то успокоить. Такой амбал, с короткими, выгоревшими на солнце светлыми волосами, издалека на улице представляется “качком” либо борцом вольной борьбы. Но вблизи, когда увидишь двухдневную щетину и одутловатое лицо, начинаешь понимать, что спортивные времена остались давно позади, и теперь, в тридцать лет из увлечений остался лишь забег по пивным. Этот внешний облик был вполне на руку Алексею Мёдову, лейтенанту милиции, оперуполномоченному уголовного розыска. Он и помогал ему втереться в доверие к некоторым личностям в около-уголовных кругах. Вот и сейчас, опер стоял и ждал, когда ему откроют. Только твёрдый взгляд позволил бы наблюдательному человеку заподозрить в Алексее кого-то не того, за кого он себя выдавал. Вот только взгляд его не был виден никому, кроме обшарпанной двери, которая вот-вот могла вспыхнуть от температуры нетерпения Алексея. - Чёрт! – прошептал он и хотел добавить ещё более крепкое словечко, но передумал. Ещё раз нажал на звонок, постоял несколько секунд и пошёл к лестнице. “Ну, Балбес! – ругался он про себя. - Куда делся, кретин?! Нам сообщили, что его пасут, а он исчез. Или его уже грохнули?” Опер спустился вниз, вышел на улицу и закурил. Осторожно, незаметно для постороннего глаза, огляделся и двинулся к выходу из двора. “Что ж, ладно, - продолжал размышлять Алексей, - может Балбеса уже грохнули свои, тогда кранты. Никакой операции. Эх, Балбес, он и в Африке балбес! Ладно, пройдусь пока по другим делам, а вечерком ещё раз зайду.” * * * Света что-то нежно промурлыкала, когда Родион обнял её. Кто-то хихикнул рядом. Спросонья Родион не обратил на это внимания. Он лежал на кровати, рядом лежала Света. Ему было хорошо. Ей, похоже, тоже. Как она оказалась рядом с ним, его не интересовало. Да и какая разница, ведь это же сон. “Хорошо, мы опять вместе, - во сне подумал он. – Вот, она лежит рядом и никуда меня не гонит.” - Дорогая, - прошептал он, и кто-то рядом опять хихикнул. “Может Света? – подумал полусонный мозг Орлова. - Может, она не спит?” - Любимая, ты на меня не сердишься больше? – прошептал он ей в ушко. - Нет, - раздался ответный шёпот, только Родиону показалось, что он доносится откуда-то сбоку. “Что ж, во сне всё бывает”. - Милая, я тебя люблю! – прошептал Орлов Свете в ушко. - Я тебя тоже, - прошептал всё тот же нежный шёпот. Родион покрепче обнял свою любимую. - А-ах! – вздохнула она. Кто-то рядом опять хихикнул. “Вот, - подумал он. - И вздыхает, и хихикает.” - Почему ты хихикаешь? – прошептал он. - Потому что мне щекотно, - ответил всё тот же шёпот сбоку. - А почему твой голос доносится откуда-то сбоку? - спросил Родион. - А ты поцелуй меня и узнаешь, - раздался шёпот. Родион потянулся к Свете и впился поцелуем ей в шею. Она вздрогнула и вздохнула. Раздался щелчок. Такой же как у фотоаппарата. Ещё один. Родион ничего не понял. Света замычала. Раздалось хихиканье. Ещё щелчок и женский голос сказал громко: - Ах ты, извращенец! Ну-ка оставь моего парня! Родион в ужасе открыл глаза. Перед собой он увидел короткостриженный михин затылок. - Мать честная! – только и смог выговорить он. - А? Что? – воскликнул, просыпаясь, Михаил. - Попались! – громко воскликнула Ольга, стоя перед ними с мобильным телефоном, в котором была встроенная фотокамера. - Кто попался? – Миша протирал глаза, - куда попался? - Похоже, - пробормотал Родион, садясь на кровати, - похоже, я тебя со Светой перепутал. - Что? – с Миши мгновенно слетели остатки сна, - так это ты, зараза, со мной обнимался? - Ну, - виновато сказал Орлов. - Мне Светка приснилась. Ты же знаешь, вчера вечером она меня выгнала. Ольга хохотала, глядя на них. - Голубки, - сказала она. - А я думал, меня Ольга обнимает, - пробормотал Миша, - она мне приснилась. - А что же ты тогда ахал в ответ? – спросил Родион. - Я ахал? – Миша недоуменно посмотрел на Родиона, потом на Ольгу. Оба кивнули, - Да я это… Говорю же, во сне меня Ольга обнимала! - А что ты мне в ответ шептал? – спросил Родион. - Я шептал? Что? – изумился Шустрыгин. - Что любишь меня, - упавшим голосом сказал Родион. - Что? – воскликнул Миша. - Да ты, псих! Не мог я такого сказать! Даже под страхом смерти! - Это я сказала, - ляпнула Ольга, видя, что здесь назревает конфликт. - Что? – крикнул Миша, - ты ему сказала, что его любишь!? - Это я так, - оправдывалась Оля, - чтобы посмотреть, что дальше будет - Что дальше будет?! – вскипел Миша. - Ну да, интересно же, - заявила Оля. - Зато у меня теперь есть ваша фотка! Родион и Миша сидели напротив друг друга совершенно обалдевшие. - Так что, Родион, держись, – сказала Ольга, - если будешь спаивать моего Мишу или сманивать куда-нибудь! Тогда эти фотографии отправятся к Свете. - Ты что, Оля? – удивился Орлов. - Покажи-ка, - сказал Миша. Она протянула телефон к нему, держа его на расстоянии вытянутой руки. Миша посмотрел на экран. - Ничего не вижу, - сказал он и резким движением вырвал у неё телефон из рук. - Ты что делаешь! – сердито крикнула Оля. - Мне не видно издалека, - крикнул Миша и посмотрел на экран. - Фу! Как ты могла!? Ольга бросилась к нему и попыталась отобрать у него телефон. Он перекинул телефон Родиону и схватил Ольгу в охапку. Она стала его колотить кулаками. Он только захохотал. - Родька! – крикнул он со смехом, - посмотри на этот ужас и удали! - Ай-яй-яй, - пробормотал Родион, глядя на фотографию в телефоне. - Как я мог так ошибиться!? - Только попробуй удали! – крикнула ему Ольга. Она пыталась вырваться из Мишиных объятий, но он цепко её держал. - Я тоже перепутал, - крикнул ему Миха, - это она всё подстроила! Ольга сменила тактику. Она начала щекотать Мишу. - Стирай быстрее, Родька, - крикнул Миша. - Я долго не протяну! Родион стёр фотографии. - Коварная женщина! – крикнул, смеясь, Миша и отпустил её. Она бросилась к Родиону. Орлов с криком: - Лови! – бросил ей телефон. Оля остановилась, поймала телефон и стала в нём искать фотографии. - Извини, - сказал ей Родион, - но ты не можешь пользоваться нашей фотографией без нашего согласия. Это нарушение прав личности. - Что? – крикнула Оля, не найдя в телефоне фотографий. - Гад ты, Родион! Не хочу тебя видеть! Она отвернулась от Родиона и Миши и надулась. - Ладно, Оля, успокойся, – сказал Шустрыгин, подходя к ней. - Не подходи ко мне, - сказала она. – Я обиделась! - Раз и навсегда? – спросил Орлов. - А ты вообще молчи! – огрызнулась Ольга. - Оля, прости, ладно, - сказал Миша, заглядывая ей в глаза. - Миша, ты мой! - сердито сказала Оля, - и я тебя никому не отдам! Даже твоему Родиону! - Конечно, - сказал Шустрыгин. - Я твой. Но Родион мне друг, а не любовница. Так что успокойся, ладно? Но Оля продолжала дуться. Родион поспешил ретироваться. - До вечера, - сказал он Мише. - Больше я с тобой на одну кровать не лягу! – сказал ему Михаил.

РЫЦАРЬ КАЗАНОВА И СВЕТ ЗОЛОТА. роман. приключения. ГЛАВА 12.

ГЛАВА 12 СМЕРТЬ БАЛБЕСА. Девятая модель “лады” серебристого цвета с затемнёнными окнами стояла среди песков. Два короткоостриженных накачанных братка, изнывая от бездействия, курили у открытых дверей автомобиля. Солнце стояло в зените и здесь, в тишине и безветрии заброшенного песчаного карьера, в полусотне километров от Йошкар-Олы, было жарко, как в Сахаре. Раскалённый песок создавал полную иллюзию пустыни. Песчаные горы загораживали лес, который окружал карьер, и казалось, будто находишься в Африке. - Жара, - произнёс один из братков, выкидывая бычок и вытаскивая бутылку с минералкой из машины. Он сделал большой глоток и передал её второму, отличавшемуся от первого, разве что сломанным носом. - Градусов тридцать, а, Лось? – второй отхлебнул воды и передал бутыль обратно. - Больше, Ёж, - ответил Лось, закрутил крышку и забросил бутылку в салон. - Ну и где они? Он повернулся и посмотрел в ту сторону, куда убегали следы шин. Колея, огибая ближайшую к ним гору песка, исчезала в сотне метров от них. - Слушай, Лось, - спросил Ёж. - Я вот всё хотел спросить у тебя, откуда у тебя такая погоняла: почему “Лось”? - Эх, - Лось махнул рукой, - старая история. - Пять лет назад, когда я пришёл в бригаду, было у нас ночное дело. Не помню, уже какое. Как полагается, жене сказал, что в охрану устроился, буду утром. А освободились мы раньше. Вот я и заявился домой в три часа утра. А она мне там… короче, ну это, рога наставила. - Значит Лось! – заржал Ёж. - Понятно. И что дальше? - Что-что! – вздохнул Лось, - Теперь она здесь, где-то в этих песках. - О! – уважительно посмотрел на него Ёж, - Да ты знаешь, как с бабами обращаться! - А тебя, почему Ежом прозвали? – спросил Лось. - Это потому, что я колючий, - ухмыльнулся Ёж, сжимая руку в кулак. - Лучше не трогать. Где-то рядом раздался рёв нескольких двигателей. - Едут, - удовлетворённо сказал Лось, потирая руки. На песчаной дороге показался внушительный чёрный внедорожник BMW X5, за ним следовало два синих автомобиля BMW пятой серии, и замыкала кавалькаду неприметная синяя девятка. У всех машин были тонированные стёкла. Они, одна за другой, остановились возле серебристой девятки. Во всех машинах захлопали двери. Из X5 появились два типа в пиджаках. Первый, стройный и красивый, был ростом около метра восьмидесяти. Он серьёзно смотрел на окружающий ландшафт и сопровождающих его людей. Чёрные волосы были аккуратно причёсаны, лакированные туфли и модный галстук довершали внешний облик преуспевающего бизнесмена. От него за версту несло обаянием и властью. Про таких говорят: харизматическая личность. Второй же, наоборот, выделялся только размерами: два метра в высоту и метр в плечах. Здоровый амбал с выдвинутой вперёд квадратной челюстью и короткой стрижкой мог сойти только за охранника и водителя вышеуказанного бизнесмена. По совместительству танк, который проломит любую стену. И любой череп. Однако не всё так просто. Этот субъект, которого в этой банде называли Дикий, был ещё и вторым человеком после первого, обаятельного, которого именовали уважительно - Патрон. Хотя, на взгляд Патрона, Дикий был несколько туповат. Патрон и Дикий встали в центре площадки диаметром пятьдесят метров, ограниченной песчаными горами и синей девяткой, которая теперь закрывала выезд из этого замкнутого пространства. Пятнадцать братков, появившихся из кортежа сопровождения встали полукругом вокруг них. К ним присоединились Лось и Ёж. Публика была разношерстная, от метра шестидесяти до метра девяносто ростом, комплекции различной, коротковолосые и с длинными шевелюрами. Вряд ли кто-то, увидев их со стороны, принял бы за одну преступную организацию, настолько они были непохожи друг на друга. Непохожесть здесь поощрялась, ведь менты тоже мыслят шаблонами. Это было одной из нескольких причин долгого и успешного существования банды. Оглядев свою разнокалиберную команду, Патрон сказал громко: - Так, не будем строить замков на песке! Сразу к важному! Он ещё раз осмотрелся, проверяя действие харизмы на окружающих. Банда внимательно упёрлась в него тремя десятками глаз. Затаил дыхание даже Дикий, стоящий рядом. Удовлетворённо улыбнувшись, Патрон продолжил: - Среди нас завелась Крыса! Как такое могло произойти? Все молчали. - Это значит, что вы расслабились, - сказал главарь. - Проблемы с дисциплиной и вера в безнаказанность. Патрон обвёл глазами банду. - Да, безнаказанность у нас будет. Это безнаказанность перед законом. В том случае, если мы останемся вместе и будем как единый кулак! Но если кто-то подумает, что может предать друзей, то ему долго не протянуть. Возмездие придёт! Тащите! Двое братков отделились от общей кучи и быстрым шагом отправились к синему BMW. Они открыли багажник и выволокли оттуда худого длинноволосого парня лет двадцати пяти. Под руки притащили его в центр круга и поставили напротив Патрона. Лицо жертвы напоминало кровавое месиво. - Вот она, - громко сказал Патрон, - наша Крыса! Кто-нибудь хотел бы оказаться на её месте? Банда промолчала. - Никто, - ответил за всех Дикий. - Всем хочется жить! Он без замаха стукнул жертву под дых, и парень согнулся пополам, издав нечленораздельный вопль. - Подожди, Дикий, - сказал Патрон. - Не торопись. Эй, Лось, Ёж, идите сюда. Лось и Ёж сменили двух братков, которые притащили из багажника парня. - Итак, - сказал Патрон, - Сейчас мы будем разговаривать с нашей крысой. Эй, Балбес! * * * В гостиной римского дома обстановка несколько изменилась. Кресла уже были вплотную придвинуты друг к другу, а Виктория с любопытством заглядывала через головы заговорщиков. - Итак, - сказал Пётр, - Вот это дом Пчелина. Он быстро рисовал на листке бумаги, который лежал на подлокотнике его кресла, схематичный план. - Это Вознесенский собор, между ними деревянная церковь Воскресения. Улица Карла Маркса. Улица Красноармейская, упирающаяся в мост через Кокшагу. Подземные ходы могут вести из дома Пчелина: первый и главный в вознесенский собор, второй под улицей Карла Маркса во второй его дом, на месте которого стоит сейчас жилая девятиэтажка. Дальше: есть сведения, что ходы есть под площадью Революции, Хотя непонятно зачем они ему там были нужны. И последнее: под рекой в сторону сосновой рощи. Это самый широкий и самый длинный лаз. Под площадью Революции несколько лет назад нашли какой-то намёк на подземный ход, но его замуровали, потому что на раскопки денег нет. Может, когда-нибудь откопают опять. У нас единственный вариант. Он обвёл кружком то место на листке, где мы можем попасть в систему подземных ходов незамеченными. Если они вообще существуют. - В подвале? – спросил Палкин. - Да, - ответил Кожемяка. - Значит, шанс всё-таки есть? – спросил Миша. - Шанс всегда есть! – улыбнулась Виктория. - Рада, что вы, наконец, заинтересовались серьёзным делом. - Пока что это авантюра, - сказал Пётр. - Но авантюра может обернуться пользой для истории, - сказала римская мама. - Одно меня смущает, - задумчиво сказал Пётр. - Что именно? – спросил Орлов. - Наши конкуренты. Если Загадин собрал кое-какие сведения, то он начнёт копать там же. Значит, мы можем с ним встретиться. - Я возьму свой “ствол”! – сказал Палкин. - Я тоже, сказал Родион. - Какие ещё “стволы”? – недовольно спросил Пётр. - Да это так, - ерунда, - успокоил его Палкин, - скорее, психологическое оружие. Дробь. “Да уж!” – подумал Родион, вспоминая, как отправил киллера к кикиморе при помощи этой “воздушки”. - Вообще-то, археология – мирная наука, - сказал Пётр. - Но когда встречаешься с таким крокодилом, как Загадин, лучше быть ко всему готовым. * * * Лось вытащил из кармана выкидной нож, нажал на кнопку, а когда выскочило лезвие, проверил его остроту пальцем. - Эй, Балбес! – повторил Патрон, - скажи-ка нам, что ты ментам сказал? - Вы меня всё равно убьёте, - сказал Балбес. - Скажи спасибо, Балбес, - сказал Патрон, - что мы убьём только тебя. А то могли бы убить ещё твою мать, сестёр и девушку. Сестёр и подругу ещё бы и изнасиловали перед этим. А потом положили бы вас всех вместе в песочек. Так что, говори, пока спрашиваю! - Да ничего я не сказал, - выпрямляясь и глядя на него узкими щелками, в которые превратились его глаза. Дикий наклонился у Патрону и прошептал ему в ухо: - Да он и не знал ничего. Патрон проигнорировал слова зама. - Итак, - сказал он, - ничего. Да? Лось! Лось ухмыльнулся, поигрывая ножичком - Отрезать ему яйца! – крикнул Патрон. У всех присутствующих, включая Дикого и Лося, округлились глаза. Однако Ёж начал стаскивать штаны с Балбеса. Тот вяло сопротивлялся. Патрон осмотрел подданных, и мгновенно понял, что приказ не работает на его имидж. - Ладно, стой, Ёж, - сказал босс, - хотя яйца ему больше не пригодятся, оставь их в покое. Все облегчённо вздохнули. - Лось, займись ушами! – последовал новый приказ. Палача, на этот раз, не пришлось упрашивать и он одним ударом отсёк Балбесу ухо. Лось едва успел отскочить в сторону от фонтана крови, хлынувшего в его сторону. Вопль бедняги отразился от песчаных гор и несколько раз обошёл площадку, где собрались бандиты. - Так, что ты сказал ментам? – спросил Патрон Балбеса. - Н-ничего! – прохныкал бедолага. - Ёж! – крикнул Патрон. Ёж отсёк узнику второе ухо. Ещё один кровяной фонтан ударил из головы Балбеса. Ужасный вопль опять разорвал тишину карьера. Бандиты, стоящие полукругом вокруг места казни, были в шоке. - Что ты сказал ментам про героин? – спросил Патрон. - Н-ничего, - проскулил тихо Балбес - Что, займёмся яйцами? – спросил у него Патрон. - Я сказал, что ожидается партия товара, - скороговоркой пробубнил Балбес, - Но я ведь ничего не знаю. Мне поручили выяснить. Но я не успел. Это всё… Убейте меня, пожалуйста! - Хорошо, - сказал Патрон, - так-то лучше. Дикий, ствол! Помощник вытащил пистолет и протянул его боссу. - Итак, друзья, - сказал Патрон, в то время как все смотрели на него с ужасом. - Продажа героина – дело благородное! Мы несём людям радость! И никто нам не помешает! А сегодня, я думаю, все поняли, что мы команда! А что будет с крысами, тоже всем понятно. Потому что из-за одной вот такой, можем погибнуть мы все! Он указал пистолетом на Балбеса и скомандовал: - На колени! Лось и Ёж подтолкнули Балбеса, и он упал перед боссом на колени. Патрон приставил пистолет ко лбу истекающего кровью Балбеса. - Пока, крыса, - сказал он и нажал на курок.